Паблито, Нестор и я прыгнули с вершины в бездну.В течение нескольких лет после этого я думал, что только моего полного доверия к дону Хуану и дону Хенаро было достаточно для..
Междействием и оркестром расстилается незримая тень элегии, и в тени этойтонут границы фактов, делая их - повторим это - увлекающим зрелищем.Причиной служит му..
Под сдержанные взвизгивания гармошки Гришка вполголоса чеканил: ..
Смотрите также:
Воспоминания о сокровенном. Аннотация
Большая советская энциклопедия
«Цена головы» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 64) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Спал толстый купец в шерстяном
английском жилете и сапогах бутылками; спал, свернувшись калачиком,
железнодорожный чиновник, отчего зеленые канты его тужурки казались
ненужными и бесполезными украшениями; спала женщина в ситцевом платке, с
корзиной под головой, спала девушка.
III
Было бы странно и сложно, если бы в городе, в шаблоне и устойчивости
человеческих отношений, около спящей, незнакомой женщины очутился
бодрствующий, незнакомый ей мужчина и, сидя в двух шагах расстояния,
пристально смотрел в лицо спящей. Но здесь, в дороге, теплое, немного
сентиментальное чувство к молодому сну девушки-полуребенка, такое
естественное, несмотря на искусственно созданную близость, казалось Кострову
только хорошим и нежащим. Молодой, сильный мужчина непременно
воспрепятствует всему, что могло бы нарушить покой женщины, уже в силу того
только, что она спит, а он нет. И сознание этого, логичное в данном
положении, тоже было приятно Кострову. Тем более приятно, что девушка
симпатична и привлекательна.
Он ласково усмехнулся и закинул ногу на ногу, стараясь не ударить
сапогом о скамейку; отяжелевшие, полузакрытые глаза его с удовольствием
отдыхали на мягких линиях маленького сонного тела, такого милого и
спокойного в стремительном шуме ночного поезда. Одинокий и полусонный,
Костров размечтался о том, что он женат и едет с молодой женой в далекое
путешествие. Жена его - вот эта самая девушка; она тихо спит, счастливая
близостью любимого человека. Пройдет минута, две; в сонных движениях
раскроется ее шея, шаль будет скользить все ниже, на пол, открывая ночной
свежести шею и грудь. А он подойдет и тихо, стараясь не разбудить ее,
поднимет шаль и снова укутает милое спящее существо, греясь сам от заботы и
нежных ласковых движений своей души. А когда она проснется, открывая сперва
один, потом другой глаз, - солнечный свет ударит в них и засмеется в глазах,
добрых, знающих его, верных ему...
