Он был сложнойличностью: реалистом, ясно понимавшим большой перевес противника, иодновременно романтиком, готовым умереть за то, во что верил...
Франции капут! Англичане из вежливости ответили кратко: — О-о! &..
Между двумя окнами, над фонарем сразбитыми стеклами, было написано большими желтыми буквами: "ГостиницаГостеприимство, содержатель Марсулье". Прижимая платок к..
Карнизы
Великолепный выбор красивых карнизов. Несколько собраний с интересными моделями позволяют подобрать подходящий вариант.
www.frandoli.ru
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия
Воспоминания о сокровенном. Аннотация
«Поезд» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 76) Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Нация скорбела о нем, подобно тому как Англия скорбела о всех своих ушедших великих людях — герцогах Мальборо, Веллингтонах, Черчиллях, но она не плакала навзрыд. Нельсон и Кук были наиболее почитаемыми фигурами в истории Королевского военно морского флота. Это почтение складывалось из уважения и любви. Нельсон был уважаем широкой публикой, и решительно все любили его. Кук пользовался всеобщим уважением, но не вызывал у общества столько же обожания. Но то, что Кука боготворили его офицеры и подчиненные, несомненно. Причина такого различия заключается, очевидно, в характерах этих людей. Чтобы полюбить известного общественного деятеля, нужно суметь отождествить себя с ним, а для этого надо его знать или, по крайней мере, полагать, что знаешь. Поэтому, когда дело касается такой фигуры, как Нельсон, трудностей не возникает: он был сердечным, общительным экстравертом, чьи тайные мысли и частная жизнь, как и общественная, были для публики открытой книгой. Но тайные мысли Кука и его частная жизнь были закрыты на замок — такой старомодный маленький замок, вставленный в медные петли застежки на книге, а ключ был выброшен. И по мере того как шли годы, становилось менее вероятным, что этот ключ когда нибудь найдется. Мы знаем о Куке все — и мы ничего о нем не знаем. Мы знаем, что он был бесстрашным и осторожным, неутомимым, безрассудно смелым, прирожденным лидером, но каков он был на самом деле, что это была за личность — об этом у нас только самые отдаленные представления. Мы знаем, что он направлял старые, протекающие корабли то в тропические районы Океании, то в безжизненные арктические и антарктические водные пустыни, совершая свои самые поразительные в истории человечества путешествия. Но любил ли он цветы, любил ли качать своих детей на коленях, смотрел ли зачарованно на закат солнца в океане за гавайским или таитянским горизонтом, — мы никогда не узнаем. Мы знаем, что он был величайшим мореплавателем своей эпохи или даже всех эпох; было бы интересно узнать, доводилось ли ему когда нибудь заблудиться на боковых улочках своего родного Степни. Сохранить в такой тайне свою личную жизнь поистине настоящий подвиг, но сделать это, несмотря на то что он тщательно записывал изо дня в день в течение многих лет все свои действия, — почти невозможно...
