Посреди зеленой лужайки стоял пышный Розовой Куст. Соловей увидел его, подлетел к нему и спустился на одну из его веток. &n..
Если этим людям не оказать своевременную помощь, они все -- верные кандидаты в пациенты психушек, и клиника... Но это вы сами знаете. Восемь дней назад,..
-- Уж и не знаю, чего это они вздумали торчать тут весь октябрь, -- проворчала она и отставила чашку. -- Никто из них больше и к воде-то не подходит, верно вам говорю...
Смотрите также:
Большая советская энциклопедия
Воспоминания о сокровенном. Аннотация
Вы читаете «Поезд», страница 1 (прочитано 0%)
«Маленький портной и шляпник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Роман
Перевод Э. Шрайбер
под редакцией Ю. Корнеева
1
Когда я проснулся, сквозь занавески из сурового полотна сочился
привычный желтоватый свет. На втором этаже у нас нет ставен. Как,
впрочем, и в остальных домах по нашей улице. Я слышал, как на ночном
столике тикает будильник, а рядом со мною размеренно дышит жена -
почти так же громко, как в кино больные во время операции. В ту пору
она была беременна, на восьмом месяце. Как и тогда, когда она ждала
Софи, из-за огромного живота ей приходилось спать на спине.
Не глядя на будильник, я высунул ногу из-под одеяла, Жанна
шевельнулась и сквозь сон спросила:
- Который час?
- Половина шестого.
Всю жизнь я просыпался рано, особенно после санатория, где летом
нам ставили градусник в шесть утра.
Жена опять заснула глубоким сном, ее рука уже лежала там, где
только что спал я.
Я бесшумно оделся, делая привычные движения, ставшие уже утренним
ритуалом, и поглядывая изредка на дочку, кроватка которой еще стояла
тогда у нас в спальне. Мы выделили ей самую красивую комнату в доме,
смежную с нашей, но она отказывалась спать там.
Я вышел из спальни, держа туфли в руке, и надел их, только когда
спустился с лестницы. И тут от шлюза Юф, находящегося километрах в
двух, донеслись первые судовые гудки. По правилам шлюзы открываются
для прохода барж с восходом солнца, и вот каждое утро начинается с
такого концерта.
В кухне я зажег газ и поставил кипятиться воду. День опять обещал
быть солнечным и жарким. Все это время стояли ясные дни, и я сейчас
еще могу показать, как час за часом перемещались пятна солнечного
света в каждой комнате.
Я открыл дверь во дворик, над которым мы сделали стеклянную крышу,
чтобы жена могла там стирать в любую погоду, а дочка - играть. На
желтых плитах двора стояла кукольная коляска, а чуть подальше валялась
кукла.
В мастерскую я входить не стал, поскольку держался "устава", как в
ту пору я называл распорядок дня.
Тем временем:
...
Первое он описал как состояние обычного сознания, необходимого для
повседневной жизни. О втором он говорил как о таинственной стороне
человека - таком состоянии, которое необходимо для деятельности колдуна и
видящего. В соответствии с этим он разделил свои инструкции на учение для
правой стороны и учение для левой стороны.
Свои учения для правой стороны он передавал, когда я находился в
состоянии обычного сознания, и эти учения описаны в моих предыдущих
отчетах. В этом моем состоянии он сказал мне, что он колдун. Он даже
познакомил меня с другим "колдуном", доном Хенаром Флоресом, и в связи с
характером наших отношений я пришел к логическому выводу, что они приняли
меня в ученичество.
Это ученичество закончилось непостижимым актом, к исполнению которого
привели меня они оба: они заставили меня прыгнуть в пропасть с вершины
плоской горы. В последней, разыгранной там драме учений для правой стороны
участвовали: сам дон Хуан, дон Хенаро, еще два ученика - Паблито, Нестор и
я. Паблито, Нестор и я прыгнули с вершины в бездну.
В течение нескольких лет после этого я думал, что только моего
полного доверия к дону Хуану и дону Хенаро было достаточно для отклонения
всех моих рациональных страхов перед лицом настоящего уничтожения. Теперь
я знаю, что это не так: я знаю, что секрет этого таился в учениях дона
Хуана для левой стороны, а также то, что для проведения этих учений в
жизнь от дона Хуана, дона Хенаро и их компаньонов потребовались громадная
дисциплина и упорство..
Чтобы собрать вновь то, что происходило при обучении для левой
стороны и что позволило мне выполнить этот непостижимый акт - прыжок в
пропасть - мне потребовалось десять лет. Именно в своих учениях для левой
стороны дон Хуан изложил то, что он, дон Хенаро и их компаньоны делали со
мной и кто они такие. Они обучали меня вовсе не колдовству, а тому, как
овладеть тремя аспектами древнего знания, которыми они владели: сознанием,
искусством следопыта и намерением...
