Самое большое, что па три пирожных. Онакушает, а я с беспокойством по карманам шарю, смотрю рукой, сколько у меняденег. А денег - с гулькин нос...
Маркиз д'Амеркер провел последние двадцать лет своей жизни вглубочайшем уедин..
Потом Павлуша рассказывал, что ему очень жалко было ее кос, потому что он будто бы уже в те дни заглядывался на нее...
Смотрите также:
Воспоминания о сокровенном. Аннотация
Большая советская энциклопедия
Вы читаете «Маленький портной и шляпник», страница 29 (прочитано 100%)
- мог бы подсказать Кашудас комиссару.
День рождения мадам Лаббе приходился на следующую субботу. А ведь
каждый год в этот день подруги, включая настоятельницу Святую Урсулу,
приходили все вместе навестить ее.
Разве не следовало к этому дню их всех ликвидировать?
- Он сумасшедший? - напрямик спросил комиссар в присутствии господина
Лаббе, обращаясь к врачам. - Скажите-ка, Лаббе, вы сумасшедший, а?
- Весьма возможно, господин комиссар, - произнес тот мягко.
И подмигнул Кашудасу. Сомнений не было: он подмигнул ему, как
сообщнику.
"Глупцы!.. - казалось, говорит он. - Мы-то с вами понимаем друг
друга..."
Однако маленький портной, потерявший двадцать тысяч франков - ибо
только что он окончательно потерял-таки двадцать тысяч франков, которые ему
почти что полагались, - смог лишь улыбнуться улыбкой слегка натянутой, но
дружеской, во всяком случае благодушной, потому что вопреки всему их
связывало что-то, что они пережили вместе.
Другие, те, из "Кафе де ла Пэ", наверное, ходили вместе с шляпником в
школу; некоторые, быть может, жили с ним в одной казарме.
Он же, Кашудас, разделил с ним, если можно так сказать, преступление.
А это порождает все-таки совершенно иную близость!
1950
Страницы: (29) : <<
Тем временем:
... Прибавьте сюда этот рой прелестных воспоминаний, которые витают и группируются вокруг них и окружают их таким ореолом и столькими иллюзиями, - и вы получите все элементы, составляющие их поэзию. Но готическая башня, не имеющая другой истории, кроме темного предания, которое старая бабушка рассказывает внучкам у камелька, такая одинокая и печальная, ничего не заимствующая от окружающего, - откуда ее поэзия? Вокруг нее - только лачуги да облака, ничего больше. Все ее очарование, значит, в ней самой. Это мнится, - сильная и прекрасная мысль, одиноко рвущаяся к небесам; не обыкновенная земная идея, а чудесное откровение, без причины и земных корней, увлекающее нас из этого мира и переносящее в лучший мир.
Наконец, вот черта, которая окончательно выразит нашу мысль. Колоссы Нила, так же как и западные храмы, кажутся нам сначала простыми украшениями. Невольно спрашиваешь себя: к чему они? Но, присмотревшись ближе, вы заметите, что совершенно так же обстоит дело и с красотами природы. В самом деле: вид звездного небосвода, бурного океана, цепи гор, покрытых вечными льдами, африканская пальма, качающаяся в пустыне, английский дуб, отражающийся в озере, - все наиболее величественные картины природы, как и изящнейшие ее произведения, точно так же сначала не будят в уме никакой мысли о пользе, вызывают в первую минуту лишь совершенно бескорыстные мысли; между тем в них есть полезность, но на первый взгляд она не видна и только позднее открывается по размышлении...
